Люди со всего мира продолжают стекаться в крупные китайские города — Гонконг, Пекин и Шанхай — чтобы зарабатывать. У них часто много общего: они оставили семью и друзей и погружаются в новую непонятную культуру. Но одно их разделяет.
Людей из США и Европы часто называют expatriates, или «экспатами», тогда как приезжих, например, из Сомали или Пакистана клеймят «иммигрантами».
Почему так и есть ли вообще реальная разница?
Согласно словарю Merriam-Webster, экспат — это человек, «живущий в чужой стране», а иммигрант — «человек, который приезжает в страну, чтобы поселиться там постоянно».
Но в последнее время возник спор о терминах: некоторые считают определения устаревшими и полагают, что сегодня они скорее символизируют привилегии, расу и социально-экономический статус.
Люди проходят мимо бара Old China Hand в британском стиле в Гонконге. (Фото AP/Винсент Юй)
Мавуна Ремарк Кутонин, руководитель SiliconAfrica, недавно написал в The Guardian, что это доказывает: «в лексиконе человеческой миграции до сих пор существуют иерархические слова, созданные для того, чтобы поставить белых выше всех остальных». Он процитировал африканского трудового мигранта в Европе: «Я работаю в транснациональных организациях частного и государственного секторов. Но чёрная или цветная кожа не даёт мне названия “экспат”. Чтобы быть политкорректными, меня называют высококвалифицированным иммигрантом».
Какова же ситуация в Гонконге и материковом Китае?
Холинг Ип, научный сотрудник Hong Kong Unison — организации, выступающей за реформы политики в интересах находящихся в неблагоприятном положении жителей из этнических меньшинств, — заявила, что различие между «экспатом» и «иммигрантом» закрепляет уже разрушительное разделение людей.
«В последнее время вокруг этих слов много шума, и разные люди определяют их по-разному. Я безусловно согласен с утверждением, что слово „экспат“ связано с привилегиями. Но интересно то, что это воспринимаемая привилегия: то, что я думаю при встрече или виде другого человека, и то, как я к нему отношусь. Нередко это связано с расой и социально-экономическим статусом».
По её словам, особенно школы становятся местом расовой сегрегации местных детей, детей экспатов и иммигрантов, причём многие школы существуют словно в параллельных вселенных.
Как профессиональный экспат в Гонконге, через семь лет вы можете получить право на постоянное проживание со всеми правами и защитой. Но для сотен тысяч домашних работников из Филиппин и Индонезии, которые ухаживают за городскими младенцами и моют ванные, постоянное проживание часто остаётся мечтой. Некоторые местные жители опасаются, что предоставление постоянного проживания иностранным домашним работникам и их семьям перегрузит государственные системы.
Явление «экспат против иммигранта» заметно во многих китайских городах, привлекающих работников и специалистов из международного сообщества. Обычно сайты для экспатов Пекина или Шанхая показывают фотографии улыбающихся белых семей.
InterNations, крупнейшая в мире сеть для живущих за границей людей, насчитывает почти 50 000 участников в материковом Китае, большинство — в Шанхае, Пекине и Гуанчжоу. Её миссия — «упрощать жизнь экспатов».
Соучредитель организации Мальте Зеек сказал в интервью, что различие между «экспатом» и «иммигрантом» — чувствительная тема, но их участники приехали из разных стран мира. Большинство — из США, Великобритании и Германии.
«Большинство этих людей объединяет более высокая квалификация, наличие того или иного высшего образования и выезд за границу на определённый срок», — сказал он.
Во время поездок по Китаю он также заметил, что участники там чаще называют себя «экспатами», чем участники в Европе.
Опрос InterNations также показал, что экспаты в материковом Китае реже дружат с местными жителями, чем в большинстве других стран, возможно, из-за «культурного разрыва между экспатами и местной культурой».
Недавно Shanghai Expat опубликовал статью, где утверждалось, что экспат рискует «публично опозориться», если обратится в местную больницу, а не в учреждение для экспатов.
Не все согласны, что дело в расе. В блоге Wall Street Journal журналистка и «глобальная кочевница» Ручика Тулшьян описала термин шире, чем «богатый белый человек, переехавший за границу без желания интегрироваться». По её словам, современные экспаты приезжают со всего мира, имеют разное происхождение и цвет кожи, а большинство хочет влиться в новое общество.
Американский журналист из Варшавы Эндрю Курет предлагает альтернативное определение: «Иммигрант отчаянно ищет лучшей жизни. Экспат отправляется навстречу приключениям».
ЕСЛИ МЫ ВАМ НРАВИМСЯ — ДЕЛИТЕСЬ НАШИМИ МАТЕРИАЛАМИ!
Впервые опубликовано в официальном аккаунте WeChat: ExpatRights